Парфюмер и попугай

Был несказанно счастлив парфюмер,
Что попугай его – другим пример:

То он воров от входа отгоняет,
То, сев на полку, лавку охраняет,

А то, входящим оказав почет,
К покупке мудрой речью привлечет.

Но вот однажды вышла незадача:
У двери запах ощутив кошачий,

Взметнулся страж и крыльями забил,
Смахнул флакон – и вдребезги разбил!

Тут парфюмер вбежал, не в меру прыток:
Он аромат вдохнул, узрел убыток,

По луже птицу в гневе проволок,
И попугаю вырвал хохолок.

Чуть попугай с красою распростился,
Как впал в печаль, не пил не ел – постился,

Оплакал облысенье градом слез,
И ничего с тех пор не произнес,

Чем парфюмера и обрек на муку.
«Ах, лучше бы себе сломал я руку,

Что поднял на тебя в тот черный час!» —
Вопил хозяин, в траур облачась.

И умолял он дервишей, стеная,
Чтоб чудом речь вернули попугаю,

И сам старался бедного развлечь.
Но, видно, тот навек утратил речь,

Сидел безмолвно, вид его был жуток...
Так пролетело трое скорбных суток.

Вдруг, словно пособить в беде решив,
Явился дервиш, скромен и плешив:

Ведь тот, кто надевает власяницу,
При этом должен наголо обриться.

Тут попугай вдруг выкрикнул вопрос:
«Эй, старец, почему ты без волос?

Иль ты, как я, флакончик сбросил с полки —
Вот и тебя оставили без челки?»

Народ на рынке громко хохотал,
Что попугаю дервиш братом стал...

...Хоть «лев» и «млеко» пишутся похоже, —
Но в устной речи путать их негоже.

Пусть молвил неуч: «Я, как и мудрец,
Жру, выпиваю, дрыхну, наконец», —

Однако только в слепоте духовной
Он смел предаться мысли столь греховной.

Оса с пчелой в одном цветке сидят,
Но мед – у пчел, у ос – один лишь яд.

И есть на свете мускусная серна,
А есть и та, что пахнет очень скверно.

Два стебля прозываются «тростник»,
Однако сахар – лишь в одном из них.

Но мужа учат лишь его седины,
Что? в нашем мире розно, что – едино.

Попугаю уподоблен здесь тот, кто, внешне подражая обычаям суфиев-дервишей (обритие головы и т. п.), начисто лишен внутренних качеств искателя Истины. Сходство с попугаем усугубляет тот факт, что эта птица подражает человеческой речи.
Д. Щ.
***

Следует обратить внимание на глубокий образ «осы с пчелой», которые «в одном цветке сидят». Многие вещи и события нашего мира, а также способности, знания и умения человеческие сами по себе этически не окрашены. Добро или зло («мед или яд») творятся нашей свободной волей. От ее направления зависит и использование внешних возможностей («нектара цветка») на благо или во вред людям, причем в широчайшем диапазоне (от целящего «меда» до гибельного «яда»). С точки зрения суфизма, прежде чем приступить к обучению, учитель должен быть уверен, что ученик не использует приобретенные знания во зло.
М. Х.

Категория: Притча Руми Суфийская притча

Смотрите также:

Пожар

Притча Руми «Пожар»

Пахарь и лев

Притча Руми «Пахарь и лев»