Басня Английская Лисица
(Le Renard Anglais)

Г-жa Гарвей
Ум с сердцем в вас живут в счастливом единеньи;
Достоинств сотни вы сумели совместить:
Все доблести души высокой и уменье
Делами и людьми руководить,
Всегда открытый нрав и дар друзьям быть верной,
Назло самим богам и бурным временам.
Все это похвалы достойно беспримерной,
Но только по сердцу ль она придется вам?

На речи пышные вы смотрите сурово
И похвалы для вас скучны.
Я кратким быть хочу: скажу всего два слова
В честь вашей я родной страны.
Вы любите ее. Ум англичан, бесспорно,
Равно с его характером глубок;
Все в мире опытом исследуя упорно,
Далеко знанья власть распространить он мог.
Я говорю не с тем, чтоб льстить вам: в англичанах
Способности вникать во все такой запас,
Какого нет нигде, и даже псы у вас
Имеют тоньше нюх, чем в наших странах.

Хитрее ваших нет лисиц. Я привести
В пример могу одну: она себя спасти
От ей грозившей доли
Задумала путем, невиданным дотоле.
Злодейка уж ждала погибели своей:
В погоню чутких псов за ней пустили свору.
И вот бежать в ту пору
Пришлось близ виселицы ей,
Где было множество повешено зверей.

Различные зловредные созданья,
Лисицы, Совы, Барсуки,
Висели там прохожим в назиданье.
Лисице нашей это и с руки:
Она себе приют средь мертвых отыскала,
И вот она висит, уподобляясь им.
Мне кажется, что здесь я вижу Ганнибала,
Когда, со всех сторон тесним
Вождями римскими; лукавством побеждает
Он неприятелей своих
И, как Лисица старая, от них
Внезапно ускользает.

Вот, наконец, передовые псы
Достигли до убежища Лисы,
Где мертвою прикинулась плутовка,
И воздух лаем их свирепым оглашен.
Но отозвал их ловчий; он
Не мог подозревать, чтобы Лисе так ловко
Направить удалось его на ложный путь.
"Наверно у нее, - сказал он, - где-нибудь
Поблизости имеется лазейка:
Недаром же никто из псов
Не забегает далее столбов,
Где этих молодцов почтенная семейка
Висит; но вновь она придет, я подожду".

И впрямь, Лиса пришла - и на свою беду!
Вот лаем залилися псы, и вот уж снова
На перекладину Лисица взобралась,
В надежде, что опять, как в прошлый раз,
Здесь для нее спасение готово;
Но тут же и пришел бедняжечке конец.

Отсюда вывод ясен, без сомненья,
Что изменять порой полезно план сраженья.
А между тем, конечно, сам ловец
Едва ли бы сумел что-либо в этом роде
Для своего спасенья изобресть.
Не то, чтобы ума в нем не хватило, - есть
Его довольно в английском народе,
Но жизнью он почти не дорожит,
И это более всего ему вредит.

К вам возвращаюсь я опять...
Не для того, чтоб снова славить;
Вам похвалами докучать
Мысль эту надо мне оставить.
Какая песня наша или стих
Своей хвалою льстивой может свет забавить
И одобрение стяжать в краях чужих?
Мне кажется, на истину похоже
То, что один ваш принц сказал:
Строка, любовию внушенная, дороже,
Чем несколько страниц похвал.

Вам в дар последние усилья
Я Музы подношу своей.
Ничтожен он: стыдиться ей
Придется своего бессилья;
Но все ж бы я хотел, чтоб удалося вам
Вниманье возбудить к моим стихам
В той, что, при вашем небе хмуром,
Цитеры данников взялася к вам привлечь
И покровительство оказывать Амурам.
Конечно, догадались вы, что речь
Идет о той богине,
Которой имя Мазарини.

Н. Юрьин.

Из сборника Абстемия (прим. к б. 24). Г-жа Гарвей, которой посвящена басня, была вдова кавалера Гарвея, умершего в Константинополе на службе королю Карлу II.

Лафонтен имел случай часто встречаться с ней, когда она приезжала в 1683 г. в Париж к своему брату, милорду Монтэгю, английскому посланнику при французском дворе.




Поделиться ссылкой

В закладки
–ейтинг@Mail.ru